События Дом

Новые русские амазонки

 

«Новые русские амазонки» - семьи, состоящие исключительно из женщин. В России их более миллиона.

Типичный клан новых амазонок – бабушка, мама, дочь. Воинственные в прошлом, в наши они воюют только друг с другом внутри рода.

Такую семью держит вместе не любовь, а чувство вины.

Она приходит ко мне раз в неделю.

«Час на свободе» называет она сама время приема.

Кате 25 лет, она обычная девушка. Симпатичная, безупречно одетая в унисекс, волосы всегда аккуратно убраны в хвост. Она всегда «ок».

На первый взгляд.

Она садится на самый край кресла, как будто готова в любой момент вскочить.

Она с готовностью делает все, что я ей говорю, и с изумлением узнает, что можно было отказаться выполнять упражнение, если оно не нравится. Или расслабиться, устроившись в кресле поудобней.

Ее прямая спина навевает мысли об армейской выправке. И позже она признается, что жизнь дома – как в казарме или тюрьме, где все строго по правилам и нет права на ошибку, так как в любой момент может быть «шмон».

Ее родители (так она называет мать и старшую сестру!) в любой момент могут проверь ее сумочку, шкаф и телефон. Запрещенными могут стать даже найденные в гардеробе чулки. Поэтому она всегда должна быть безупречна с точки зрения системы.

Она постоянно боится, но улыбается. Той улыбкой, при долгом наблюдении которой начинает сводить скулы. Это скорее звериный оскал.

Мой кабинет единственное место, где Катя может немного побыть собой, выдохнуть, поговорить, расслабиться. Поплакать искренне, навзрыд. Побыть неидеальной и признаться самой себе, что в жизни что-то не так.

Мне и самой становится страшно до мурашек, когда после сеанса я передаю Катю маме или сестре. Именно передаю. Ведь дома она живет на правах арестанта.

 

Зачем амазонкам мужчины

Да, Катя родом из семьи «новых русских амазонок», где не бывает мужчин на протяжении поколений. Они или не рождаются вовсе, или не приживаются в таких семьях - умирают в младенчестве, пропадают, спиваются.

В Катиной семье почти классическая ситуация, помимо нее есть бабушка, мама и старшая сестра.

Катя младшая, а это - низшее место в клановой иерархии.

Это означает жесткое «нет» всему личному – личному мнению, личному вкусу и особенно - личной жизни.

Два года назад Катя начала встречаться с молодым человеком, но семья так решительно встала на защиту границ, что девушка сбежала из дома от такого давления. Дальше – больше. У парня начались финансовые проблемы и Катя, желая ему помочь, взялась перевезти пакет марихуанны. Ее сразу поймала полиция.

За три дня в КПЗ девушка не позвонила ни парню, ни семье. «Не хотела огорчать». Чувство вины и стыд за себя зашкаливали. Мысль попросить поддержки у близких людей не приходила в голову, потому что опыта такой поддержки не было никогда.

В сложной жизненной ситуации у «амазонок» моментально возникает вина за то, что они в эту ситуацию попали. Все последствия расцениваются как заслуженные и справедливые,  но теряют остроту, если хорошенько пострадать.

Я думаю, что вся эта криминальная история была для Кати бессознательным подтверждением своей никчемности и несостоятельности отдельно от «клана», а также – расплатой за побег.

Как освободить заложника

О судимости мама и сестра узнали много позже и случайно, когда собирали документы для продажи квартиры.

Катю вызвали домой под благовидным предлогом, отобрали телефон и пригрозили полицией. Она испугалась, согласилась, что своим поступком сломала жизнь семье, и осталась искуплять вину.  

С тех пор Катю начали везде провожать и отовсюду «забирать», стали досматривать вещи, а потом и вовсе решили, что ее «пора лечить».

Мама девушки выбрала для «лечения» меня. Женщина с железной хваткой сначала позвонила втайне от дочери и спросила, возьмусь ли я за Катю.

В день первого приема сначала позвонила мама, чтобы подтвердить время сеанса. Следом позвонила сама Катя.

Всегда показательно, как клиенты приходят на прием. Девушка пришла вовремя и просто села в коридоре, никак не сообщив о себе. Я уже думала, что она не пришла, но, набрав номер, услышала в коридоре звонок.

Мы «лечимся» уже три месяца. Мама или сестра всегда приходят с Катей и ждут под дверью.

 

  • Почему ты не уходишь?
  • Я не могу. Легче умереть, - Катя отвечает тихо, чтобы «родители» не услышали, -  я виновата, накосячила, испортила им жизнь, и теперь должна им. Если исправлюсь, стану хорошей – они меня отпустят.

 

Вина как альтернатива любви

«Виновата, накосячила».

Чувство вины – цемент, намертво скрепляющий семью амазонок.

Хорошо, когда в семье роль цемента выполняют любовь, желание взаимной близости, поддержка и принятие… но тут ведь другая история. Чтобы такая семья держалась и функционировала нужны вина и долг.

 

Так работает родовая система «новых амазонок». Каждый элемент всегда должен быть на своем месте, без именений, иначе система теряет устойчивость.

Поэтому мама и сестра постоянно подогревают в Кате чувство неполноценности, зависимости и беспомощности. Не позволяют ей стать взрослой и самостоятельной, научиться опираться на себя.

Кстати, мама с сестрой не виноваты, они тоже жертвы семейной системы и делают это из лучших побуждений.

Когда я встречаю их на улице или перед кабинетом – они производят впечатление приятных людей - улыбаются, вежливы и предупредительны. Я наблюдала как то раз, как мама шла под руку с Катей, слегка опираясь на нее и заглядывая в глаза снизу вверх: «Ты мне нужна! Я без тебя не справлюсь». И Катя искренне верит, что нужна маме, что отвечает за нее.

Что делать, если в «амазонках» вы узнали себя?

Если вы тоже из клана амазонок, то первое, что можно сделать – осознать, что вас держит в семье, что ее скрепляет.

Вина?

Стыд?

С родовыми сценариями сложно справиться по нескольким причинам.

Например, ситуация может не восприниматься как плохая или неправильная.

В этом случае клиент приходит с вопросом вопросом: «Что со мной не так, почему мне так плохо в этой системе?». Тогда как правильный вопрос: «Что не так в системе?».

Чтобы помочь в этой ситуации, терапевт дает человеку взгляд со стороны, в том числе, на то, что ситуация «плохая», токсичная, деструктивная для него.

Второй момент – система всегда стремится к гомеостазу, то есть, к стабильности. Любые изменения нежелательны, и она бросает все свои ресурсы на восстановление привычного состояния.

Поэтому, как только намечается революция, все окружение, да и сам клиент, действуют в интересах сохранения системы, хотя со стороны его действия могут выглядеть как попытка что-то изменить.

Изменения в системе должны происходить плавно, начиная с эмоциональных реакций.

На примере Катиного побега мы видим, что революция не поможет, а только усугубит ситуацию.

Заметить, насколько ваши чувства имеют отношение к реальности, можно на семейных системных расстановках.

Начинайте работать с «отделением» себя от семьи, паралельно повышая свою ценность и самостоятельность.

Консультация психолога в таком случае может очень помочь.

Катя шаг за шагом учится.

Замечать, что ситуация ненормальна. Предоставлять родным самим нести ответственность за их жизни. Самой отвечать за свою жизнь. Замечать свои чувства и адекватно их выражать.

Катя учится жить и дышать для себя.

Отделяться, чтобы стать целой.

Для этого нужны силы. И моя задача как психолога - привести Катю в точку устойчивости, где она сможет их в себе найти.

Найти силы, чтобы стать самой собой, стремиться к любви, принятию и хорошим отношениям.

Я верю, она справится. Мы справимся вместе. опубликовано econet.ru

 

Автор: Елена Соколова (Артамонова) 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление - мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: http://econet.ru/

Комментарии (Всего: 0)

Добавить комментарий

Что-то интересное

    Больше материалов
    Больше материалов
  • facebook
    Нажмите Нравится,
    чтобы читать Econet.ru в Facebook
    Спасибо, я уже с Econet.ru!