События Дом

Где свобода начинается с «НЕТ»

Пусть это все останется позади. Пусть эти печати, как связка воздушных шариков, поднимет нас и перенесет через моря и горы. Когда-нибудь я напишу об этом день за днем, шаг за шагом, кабинет за кабинетом, печать за печатью. Как штурмовали майдан, а мы сидели в оцеплении в коридорах опек.

О кадках с фикусами в приемных и тоскливых стендах «Наша радость», об обшарпанных коридорах и надежде, теплящейся в каждой трещинке неидеально гладкой стены. О том, как даже приход туда на время убивает жизнь в самых ее остнованиях. И хочется самой бежать подальше в ужасе, пока еще теплится в тебе живая душа, бежать, забыв о том, зачем пришел.

Где свобода начинается с «нет»

О том, какие удивительные люди встречаются, оказывается, за дверями кабинетов. О таянии снегов. О том, как старшие трутся и стараются понравиться всем без разбора, а младшие, наоборот, застыли в оцепенении и вся детская беготня и возня кажется хроникой немого кино.

Маленькие организмики на ножках - дома ребенка относятся к ведомству Минздрава, а детские дома - к мин.образования. Там лечат, делают прививки и соблюдают стерильность, там на каждой двери объявление: «Карантин по гриппу. СВИДАНИЯ с детьми запрещены». Там пересыльная — откуда отдают голенькими, даже трусы иди покупай. Здесь уже учат правильно застилать кровать, ходить и писать по линеечке.

О том, что происходит на зоне. О том, как устами младенца вдруг говорит блатной мир. О том, что свобода отмирает по клеточкам внутри тебя и серый дождь за оконными рамами смывает черты твоего лица изнутри. И пугающая готовность, что в любой момент кто угодно может взять, отвести, решить твою судьбу как угодно.

О том, как нам повезло встретить в этих стенах живую душу учителя и как одна живая душа способна если не спасти, но сохранить десятки. О мальчике, выкармливающем бездомных собак на пороге детдома (чем не притча о лепте вдовы?).

О прощальном письме десятилетней девочки матери, которая так не очнулась и не проспалась ( «Я не уходила ни с кем, потому что ты моя мама, но я слишком долго ждала тебя. Ты так и не пришла. Теперь я уезжаю навсегда. Если я для тебя что-то значу, то забери сестру из дома ребенка. Мама, ты же еще можешь не пить и восстановить права. А я уезжаю навсегда. Прости и прощай» — письмо по-прежнему лежит в личном деле удочеренной американцами девочки — мама за ним никогда не пришла).

Где свобода начинается с «нет»


А поверить и вправду трудно — и поход на детскую площадку вызывает ступор и ужас. И наконец уже комнаты не называются «палатами», хотя то и дело она ошибается и кричит «там, на кровати в моей палате», и что кухня — это не «столовая, где еду выдают».

И что, оказывается, когда шатается зуб — и потом выпадает — его можно положить под подушку, и зубная фея принесет гостинец. Это производит куда большее впечатление, чем все рассказы об окружающем мире. А наутро за завтраком с городостью: — А знаете, когда у меня выпадет вот этот зуб, то мне Путин под подушку подарок положит!».

Немая сцена домашних и тут только понимаешь, что фей в том детском казенном мире не было. Единственный добрый мифологический персонаж, внушенный детям — это Тот-Кто-в Кремле.

И первая прогулка. И вместо радости — судорожно вцепившиеся в меня ручки говорят лучше любых слов: «Дети, горка, качели — это уже было…. Неужели ты сейчас оставишь меня тут. Неужели ты отдашь меня обратно?».

О том, как в два-три года не плачут, когда падают и ударяются и даже сейчас дома только спустя минут пять я неожиданно замечаю, как маленькое существо совершенно безмолвно трется об стенку лбом в каком-то углу и вижу огромные слезы: зачем плакать громко, если все равно не услышат и не утешат.

Зачем протестовать против боли, если она тебе дана на всю жизнь. И невозможность поверить, что можно наконец не быть всем хорошими?

И мама-мама-мама, повторяющееся ежесекундно — проверить, неужели правда. И верность той другой маме старшей, которая помнит ее пусть в наркотических парах, пусть трижды предавшей и сдавшей, но помнит и отказывается называть мамой другую — только по имени и только нет-нет да и сорвется с языка: — Мама, мама, смотри, что я нарисовала!

И снисходительная щедрость: младшая — что ж, пусть называет — она-то той другой не знала — ее счастье. И она права в своей внутренней верности.

Где свобода начинается с «нет»

Сейчас эти первые дни каждый домашний каприз старшей ли, младшей ли — счастье. И главное достижение первой недели на свободе радостное «Нет». И улыбка, и смех. 

 

Это Вам будет интересно: 

Как устанавливать границы без вреда для отношений с детьми

У мамы тоже была мама

 

И оттолкнуть ложку с кашей, и отвернуться с торжеством от котлеты, которую еще неделю назад пихали в этот безропотный рот. «Нет», можно сказать. Нет — нужно сказать.

Свобода начинается с «нет» там, где покорное «да» – неприемлемо, разрушительно и невозможно. И, да, это можно считать актуальным политическим заявлением. опубликовано econet.ru

 

Автор: Екатерина Марголис

(художник и писательница, мама 4 дочек. Двоих сестер, живших в разных детдомах, Екатерина удочерила)

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое потребление - мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: http://econet.ru/

Комментарии (Всего: 0)

Добавить комментарий

Что-то интересное

    Больше материалов
    Больше материалов
  • facebook
    Нажмите Нравится,
    чтобы читать Econet.ru в Facebook
    Спасибо, я уже с Econet.ru!