События Дом

Наслаждаясь – Наслаждай. Часть 5

В продолжение  Наслаждаясь — Наслаждай.  Часть 1Часть2. Часть 3.  Часть 4

День 9-й.

Утром мы познакомились с бразильской парой. Милые люди лет 35 приятных округлостей - спокойные и улыбчивые. Они пять дней ждали погоду и компанию на атолл Чинчорро.

Дайверские лодки отправляются на атолл только полностью укомплектованные.  Плаванье туда, как оказалось, не сильно похоже на прогулку. А поскольку компания из дайверов и фри-дайверов (ныряльщиков без аквалангов) собралась, то команда моторной лодки в составе трех мексиканцев во главе с подозрительно веселым по утру Оскаром решила, что погоду сделают по дороге, так как начинал слегка моросить тропический дождик.  В формировании погоды я участвовать воздержалась полагая, что местные лучше договорятся со здешними Духами и стихиями.  Глядя на настроение Оскара, я гадала, то ли это авантюрная веселость “матадора” по поводу переменчивой в этих широтах погодой, то ли он действительно рад компании и предстоящему путешествию.

Перед отплытием мы переждали теплый тропический потоковый дождик и погрузились в лодку. По дороге к атоллу волны становились больше и больше, однако, первый час участники веселились и шутили, а участницы пищали от восторга когда лодку подбрасывало на волнах, но на обратном пути волны были значительно больше чем мы могли себе вообще представлять, но об этом позже.

Капитан лодки поменял солнцезащитные очки на дайверскую маску. Индеец за штурвалом в маске для подводного плавания  смотрелся очень колоритно. Это напоминало флешмоб и поднимало нам настроение еще больше.

О прибытии на место первого погружения я узнала не потому что стал виден остров, как я ожидала, а по смене цвета воды: ультрамариновые волны сменились салатовой и очень светлой водой под нами. Таких цветов воды я раньше не видела никогда.

Краски моря людей вообще завораживают по крайней мере на несколько минут человек останавливается и попадает в Полный Дзен. Забывая кто он, исчезает незаметно для себя, а после спохватившись и обнаружив спешит вспомнить: где он, куда ему надо спешить  чтобы вернутся в себя социального.

Цвета воды здесь были из фантастического спектра, ближе всего это к сине- зеленому, из радуги которую дает CD-диск под лампами дневного света. Цвета были с контрастно выраженными границами переходов и очень-очень чистыми. Художник во мне вспоминал, как я смешивала масляные краски на холсте: ультрамарин с белым, сине-зеленый с белым, и много, много света вокруг.

Вышло солнце и сразу тепло ненадолго окутало нас… мокрых.  Мы все были слегка дрожащие, по крайней мере, женская часть лодки и мальчик-юноша высокий, нет скорее длинный итальянец с телом подростка. Мы очень хотели окунуться и согреться в объятьях теплого океана, так как ветер бесцеремонно сдувал с нас брызги тёплой воды, которую океан фамильярно «вёдрами» выплескивал нам в лицо в такт дыхания. Мы веселились… но не обижаться же на стихию у которой мы в гостях? 

Втиснувши себя в  гидрокостюм я послушала Джина и одела сверху еще один гидрокостюм с капюшоном поверх длинного и застегнув его выше подбородка я очень странно себя почувствовала: “В презервативе наверно тоже тепло…”, подумала я.

Голова моя почти не поворачивалась, а для меня которая не носит бюстгальтера, эта малоподвижность и теснота воспринималась, как то враждебно и к горлу подступал ком. Но мне уже передали “Би Си Ди”  (жилет компенсации плавучести) и я стала одеваться дальше.  Маска, ласты – я окончательно замаскировалась, и с борта спиной вниз опрокинулась за борт. Поддув жилет, я держалась на поверхности ожидая остальных пятерых участников погружения. И снова пошел дождь – сильный тропический, тот самый, который во время плавания к атоллу конкурировал с волнами поливая нас с неба сплошным потоком.

Ком сжатого воздуха опустился в грудь и больно давил меня изнутри.  Я расстегнула молнию верхнего костюма, чуть полегчало… взяла в рот регулятор - дышит! И решила: раз единственное, чем я себе сейчас могу помочь - это дышать, то дышать я продолжу под водой.  Оборудование работает и это главное, а проблемы будем решать по мере их поступления. Тем, кто не знает – регулятор подачи воздуха имеет такую конструкцию, что клапан позволяет (даже если вас стошнит!) продолжать подавать воздух в одностороннем порядке и даже если вы решите «покормить рыбок», то на рисунке дыхания, если у вас конечно не будет паники, это не отразится.

Когда все аквалангисты были в воде, мы сдули жилеты и стали погружаться. Но вот засада, я замечаю что я не тону! Мой второй костюм добавил мне плавучести и грузов на поясе явно не хватает. Это заметил Джин и сняв с себя груза начал вкладывать их в кармашки моего жилета. Я послушно расставила руки и позволила сделать со мной всё что надо. Я очень послушная, когда я попадаю в реальность, где люди НЕ живут, а испытывают себя на прочность. Мне главное знать, кто здесь "альфа" и я говорю своему вниманию и телу: Слушайся этого человека - он тебя спасет!

Так как моя голова не сильно поворачивалась, а маска еще и сужала обзор, то я не очень и видела, что там вокруг меня происходит. Но тут я стала благополучно тонуть, чего и надо было добиться.  Мы начали падать в бездну. Ком в груди куда-то делся и я почувствовала себя снова здорово изнутри и наконец смогла обратить внимание наружу. Мы какое-то время парили в голубом космосе над бездной.  Это было жутко торжественно и как-то эпически сильно. Потом вдруг оказались в очень сильном подводном течении. Я уже плавала на глубине против течения, но мне еще никогда не приходилось с ним действительно бороться горизонтально летя в аквамариновой бездне изо всех сил перебирая ластами. В стремительном полете при котором регулятор норовит вырваться изо рта.  Запыхавшись, я протягиваю свою руку Джину в надежде дотянутся до своего любимого и он подхватывает меня. Ну прямо как на картине Микеланджело, где две сильные руки тянущиеся на встречу и едва касающиеся друг друга кончиками пальцев , хотя тогда это было совсем не смешно – красиво, эпично, но… не смешно. Я тянулась и долго не могла дотянутся, так как меня сносило течением, а дотянутся для меня тогда был вопрос жизни и смерти. Состояние было, как во сне, когда ты бежишь, бежишь и не можешь ускориться, как в замедленном кино. Гул в ушах, нет ориентиров, нет рифов и стен пещер – полный космос и стремительный полет где-то на неведомой глубине, за черными силуэтами в океаническом течении против сильного подводного «ветра», а потом покой...

Мы вышли из течения к рифу и наконец всей группой поплыли над кораллами. Там были огроменные бочкообразные морские губки с полостью внутри, куда бы мог поместиться аквалангист и даже две. Восторг! И рыбы бело-коричневые в коралловых зарослях сизых цветов.  Я вспомнила, что на больших глубинах исчезает красный цвет… «Наверное, эти рыбы желто-красные», - подумала я.

Мне было непонятно, почему вся группа плавает надо мною, это я уже много позже узнала, что ушла почти на 50 метров. Нереально! Странно, что совсем не заметна разница, ведь человек не ощущает разницы на 15-ти или на 50-ти метрах он под водой.

Увлекшись разглядыванием кораллов и рыбок, я даже не обратила внимание, как появился Джин и потащил вверх за собой. Я послушно, но с явной неохотой поплыла за ним, что я могла сделать - меня взяли на буксир. Потом Джин куда-то исчез оставив меня на попечении Оскара, дайв-инструктора и владельца дайв-центра о котором я упоминала раньше.  Я не очень поняла куда, вертеть головой было неудобно и я даже не поняла в каком направлении он исчез. Мы дальше дрейфовали всей группой отстаиваясь над рифами после глубины. Я держалась за Оскара, вернее за кольцо на его жилета и думала: куда же делся Джин, неужели он не беспокоится за меня?  Но вспомнив, что у него за плечами очень иного погружений успокоились и подумала, что если там какое-то ЧП, то он при всплытии мне все расскажет – мы же не в пещерах. И в какой-то момент я вдруг почувствовала, что опасность миновала.

 

Поднимаясь с глубины, вдруг прямо над головой я увидела лодку с включенным двигателем и очень обрадовалась. И вот мы на поверхности, снова неуклюжие и тяжелые. Снимаю ласты и гравитация помогает мне снова обрести свой вес за которым я успела соскучиться. Входила в лодку весомая, мокрая, и уставшая, но счастливая и наполненная встречей с собой - такой беспомощной и уязвимой, какой я себя, практически не знаю и охочусь за этим состоянием. Слабая и наполненная уважением к мужчинам, которые знают и делают намного больше чем знаю я, и даже больше, чем я могу себе представить. 

Там на борту, укатанные штормом и мокрые до костей, уже сидели наши фридайверы - Даша и итальянская пара. Они с нетерпением  ждали нас чтобы отплыть наконец-то на остров и ступить на твердую землю, так укатала нас эта четырёх часовая качка. Так  и хочется сказать; ступить на сухую и устойчивую землю , чтобы возрадоваться чувству стабильности. Ветер продолжается - лодка качается, но над нами солнце. Все в лодке – мы плывем на остров.

Даша спрашивает меня как «там» и на сколько погружались? Я потягиваясь и снимаю костюм рассказываю что было сильное течение и погружались наверное на 20-25м.  При этом Даша рассказывает, что мы какие-то странные поднялись, по лицу видно что что-то там произошло. Да, говорю, мне как-то на старте было не очень, потом я не могла погрузиться… потом течение, рифы, а дальше Джин передал меня в «хорошие руки» и исчез.  Перебираюсь с бака на корму к Джину решила поинтересоваться что же все таки произошло.

Джин говорит:

- Я тебя поднимал с 50-метровой глубины.

Я спрашиваю:  

-Да!? (я на глубиномер не смотрела, так как у меня он в пещерах не работал и он там особенно не нужен. Воздуха у меня уходились меньше, чем у мужчин потому я на них ориентируюсь и не обращаю внимания на приборы под водой. Ты мой лучший манометр / глубиномер и еще выражение лица у инструктора. Если вдруг инструктор поменяется в лице и резко замрет, то  я пойму, что что-то не так и тогда буду сканировать приборы. Предпочитаю доверять специалистам, больше чем своему внутреннему «контроллеру».)

- А почему ты меня оставил с Оскаром? 

- У меня воздух кончился

- Как у тебя воздух? У тебя ж всегда на выходе было более половины баллона, как так?

- Совсем кончился, на 30м  - полный ноль.

- И?

- Я передал тебя инструктору и медленно всплыл. На глубине метров 15-20 появилось немного воздуха из-за изменения давления. На поверхности уже ртом поддул жилет и плескаясь ждал вас.

- А это как так, произошло?

- Я сначала сплавал к лодке за грузами, отдал их тебе. Их было недостаточно,  тогда отдал еще свои и мы начали погружаться.  Без грузов приходилось все время работать ластами, чтобы не всплывать. Я вел тебя за собой против течения, потом гонялся за тобой когда ты беззаботно уходила  на глубину.  Ты, вообще знаешь что ты ушла более чем на 50 метров, и весело рассматривала кораллы – это "азотка" (наркотическое состояние от азотного наркоза;  “под азотом” полное состояние беззаботности и веселья, некоторые опытные дайверы специально уходят на глубину, чтобы это испытать). Тебе хорошо и радостно,  опасности не замечаешь.   Человек по ощущениям не может понять на какой он глубине. Для этого и существует голубиномер и манометр показывающий давление в баллоне с воздухом. Уходя все глубже - воздух заканчивается все быстрее. Мы, и мужчины и женщины, расходуем в 4 раза больше воздуха на глубине 50 м, чем на поверхности.  Когда плывешь быстро или тем более берешь на буксир, то воздух расходуется еще в 2-3 раза быстрее.

-То то я смотрю, ты как-то иначе выглядишь. То есть, я тебя таким еще не видела.  

Инициация Смертью - так я называю такие события. И в мистериях обязательно, символически мне нужно смоделировать подобную ситуацию; через прыжок в пропасть, через закапывание в могилу, через хождение по углям. А тут взаправду, без инсценировки и атрибутов – произошла Настоящая Инициация! Для меня это погружение было психоделически-сновидческим, как маленькая жизнь в Большом Шаманском Сновидении. 

Сны есть Большие и Малые. Малые - это обычные сны. Они похожи на дожигание впечатлений или на навязчивый внутренний диалог. Большие же сны там как будто картинка 3, 4-5D. Ощущения реальней, чем сама жизнь: звуки, запахи, краски, ветер, температура, и даже тело телесней! Если вы, как говорят «ущипнете себя во сне» чтобы убедится, что не спите – не сработает, щипок почувствуете ярче чем в жизни. Такой уязвимой и продолжающей доверять и двигаться в бездну я не была еще никогда.

И вот мы причалили к деревянному помосту. Даша снимала на камеру дома на сваях, что попадались нам вблизи острова. Мы выпрыгнули из лодки и… о, вот оно - счастье устойчивой поверхности! Что нас ждет на острове, какой он? 

Приплыли 

Мы вышли с лодки. Тело все еще покачивалось внутри и заново привыкало к устойчивости. На острове обитало много игуан - эти латиноамериканские драконы вероятно, сами, даже не подозревали насколько они мифичны. Размером от кошки до большой собаки, с зелено-оранжевой чешуёй и голубыми мембранами на месте ушей, с желтым гребнем по спине, через лоб, всю морду и дальше ниже подбородка подобно одеянию индейского шамана. Одна особо шустрая тварь и клипсой -маркером на гребне, пришла к нам на обед. Игуана аккуратно брала с рук кусочки рыбы, а за ней стала выстраиваются очередь рептилий, и они стояли как матрешки, разных размеров, в ряд. Что-то птичье в них есть - похоже игуаны и птицы очень даже родственники. 

 

Здесь я вспоминаю птеродактиля. Птеродактель – это игуана, потерявшая крылья, с моторикой движения птицы - попеременно поворачивающая голову то правым то левым глазом, как хищная птица, рассматривающая нас, как потенциальную добычу.

После обеда, на малюсеньком коралловом острове, мексиканский индеец повел нас через мангровые заросли к лагуне. Мы стояли на хлипком деревянном помосте, а под нами не более чем в 1-2 метрах   я увидела настоящих улыбающихся крокодилов разных размеров.

 

Они внимательно и пристально, нас тоже «очень» даже, увидели, разве что не облизнулись как в мультике. Их я насчитала 5, и самый крупный, размером думаю с автомобиль, решил подплыть ближе. Похоже что фауна на этом острове совсем не пуганная, животные любопытные и совсем не прячутся как в лиственных лесах наших широт, а очень даже на оборот интересуются общением с человеком, конечно похоже что с гастрономической целью, однако все равно очень приятно, видеть направленное к себе любопытство иного зверя.

Второе погружение в этот длинный день

Переждав еще один короткий шторм, мы отправились на следующее погружение к акулам. Я прислушивалась к себе -  погружаться или воздержатся? Так как было холодно, пошел 7-й час, как я, непрерывно, находилась в мокром гидрокостюме. Но когда мы бросили якорь, я поняла, что хочу - хочу погружаться…

 

Люди действительно больше жалеют о том что НЕ сделали, чем о том что они сделали. Мы шли навстречу с акулами-няньками. На этот раз я не одевала второй костюм. Антарктида, думаю, у меня еще впереди, а моя мобильность мне дороже тепла. Это погружение прошло душевно, там действительно есть очень милые… акулы-няньки, которые получили свое прозвище благодаря свойственной ей игривости, как у молодой собаки. Она приплывала прямо в открытые объятия Оскара, который опустился на дно и встал на колени, развёл руки в стороны. И я повторила его призывающий акулу жест и, что удивительно - могла гладить её асфальтовую по своей текстуре шероховатую шкуру.

Акула, размером с человека, делала полукруг и преследовала нашу группу, игриво зазывая в гости. Погружение было на глубину 26 метров без течения, что само по себе уже приятно. Когда мы уже всплыли, я узнала от Оскара, что серая акула была рядом, и не обратив особого внимание на нас - гостей рифа, уплыла по своим делам. Поднявшись на лодку, мы отправились в обратный путь на материк.

 

Путь назад был очень сложный – шквальный ветер нарастал, а волны с трехметровых выросли до 6 метров, но эти цифры я узнала позже. Шторм все усиливался, дождь уже не прекращался, надвигались тропические сумерки, низкие облака начинали чернеть. Всю обратную дорогу я измеряла волны этажностью. Волны были как живая блестящая спина огромной рептилии, а мы как скорлупка семечки, прилипшая к темному и лоснящемуся боку этого эпического животного, которое поигрывает мышцами. Мы готовы были сотни раз, вот-вот слететь в бездну, и сотни раз выныривали снова, оказываясь на гребне колоссальной волны.

 

А я считала в этажах размер волн окружавших нас:

– Эта размером с два этажа, эта с три. И такой махонькой казалась наша лодка, она с завидной регулярностью проваливалась между гребнями волн, как игрушка из киндер-сюрприза теряется в складках большого одеяла. И только волей капитана вдруг наша лодка, снова, восходила на белый гребень очередной волны. И очередная волна, из непонятных мне симпатий, выбирала нести нас дальше по курсу, хотя могла бы нас убить. Уже несколько раз. Однако стихия сдерживалась, казалось что - магией капитана, и возможно, личной силой некоторых участников…

 

В масках для погружения сидят, как пионеры бразильцы. Часть группы разместилась на полу моторной лодки в позе эмбриона, и если бы можно было на минутку выключить звук шквального ветра и грохот накатывающихся волн, мы бы услышали наверно, как громко они дрожат. Мне было тепло и комфортно, если конечно можно говорить о комфорте, в таких условиях, так как я пряталась от волн за спиной Джина, который просто сгреб меня в охапку защищая от их фамильярных пощёчин на всё тело.  Это позволило мне открыть глаза и видеть происходящую вокруг мистерию матери-природы. Джин сидел спиной к волнам и я ему иногда - больше не словами, а междометиями рассказывала, какая волна миновали нас при том едва не опрокинув лодку. Под даже будучи под ошеломляющим, впечатлением от силы стихии, я чувствовала, что в тех условиях в которых мы все оказались, мне, похоже, было лучше всех. 

 

Лицо капитана было невозмутимо в дайверской маске. Он стоял, как каменное изваяние, напряженно всматриваясь в небо и море. И тут я поняла! Да он обрабатывает волны, как настоящий серфер – точно!!! Если б он этого не делал, нас давно бы опрокинуло. Вот мы выходим на гребень морского дракона и короткими галсами идем вперед, пока аккуратно, на сколько это возможно, не скатимся с гребня!  Нас нещадно утаскивает в пучину брызг, затем капитан -  седлает очередную  волну.

Когда мы увидели наконец материк, пассажиры лодки начали постепенно оживляться и радоваться, возвращаясь к жизни. А команда наоборот напряглась. Теперь трое индейцев сверлили взглядом живую холмистую поверхность океана. Я поняла, что видеть берег это еще полдела, нам нужно подойти к нему в полной темноте не сев на мель. В этом и состояла задача экипажа. Простояв в стойке минут 40 и пройдя наконец, первый буёк, индейцы перекрестились – это был сильный момент! Это повод задуматься – сколько, же раз за свою, жизнь человек избегает смерти?

И стало как-то сразу теплее в ночи, повисшей над джунглями.  В этих широтах солнце заходит почти сразу и моментально выключается свет. Мокрые на столько, что у меня не только ладошки, у меня губы разбухли. Мы были как хорошо просоленные овощи, и вода даже не стекала с лица и рук. Вода стала второй кожей, путалась в ресницах, образуя маленькие озера на скулах, висках, и я не могла смахнуть капли с лица, так как руки как будто только добавляли воды. И даже тело вытертое насухо, продолжает источать влагу, которую вобрало во время нашего путешествия к Атоллу Чинчорро. Я посчитала, что мы непрерывно были мокрыми более 12 часов! Немного жалко было итальянскую пару – они поехали с нами на прогулку понырять с масками близ атолла и «попали» в приключение, которое бы по доброй воле никогда не заказали, и поэтому в глубине души я за них очень радовалась. Я всегда радуюсь, когда мы получаем больше, чем ожидаем. Даша хоть и фри-дайвер, поговаривала уже три дня, что хочет с со своим партнером проводить экстремальные путешествия – квест на выживание. Накануне, у нас с Дашей как раз состоялся разговор на тему организаций и проведений квест-приключений.

– Ну как ты, Наталья, это делаешь? - спросила Даша

 – А ты, Даша, заказывай, чего хочешь! В моем поле действует странный феномен – очень быстро желания сбываются, - ответила я. 

…Мы еще посмеялись тогда.

Сбываются желания до неприличия - часто и сразу, у моих учеников, не потому что я «добрая» фея, а для того чтобы человек смог пойти дальше. ХОТЕТЬ и ПОЛУЧИТЬ, друзья, это сильно разные вещи. «…Бойтесь своих желаний, ибо они осуществляются…»  говорят в Индии. 

Как рассказать вам, какое это счастье, когда под теплым душем можно наконец-то стянуть с себя гидрокостюм  и вдоволь настоявшись под теплой водой, погрузиться в кресло-качалку, и  укутавшись в плед, потягивать горячий ароматный чай.  Но вечер этого бесконечно-длинного дня еще только начинался.

 

Вечер после прибытия в шторм

За ужином нас посетил сам Капитан-порта (человек дающий разрешения на вход и выход из порта,) и вся наша компания вместе с капитаном согревалась текилой, радуясь, что жизни прекрасна, потому что все живы и здоровы. А я согревалась чаем и радовалась тому - что есть же в этой жизни место для неплановых приключений. Не все ж самой мистерии режиссировать, и дыхание смерти проигрывать для участников. А можно так вот - взаправду и честно побояться в своё удовольствие, пройти по волоску – красиво. Есть особая красота в пороговых уязвимых состояниях, кроткая красота - тотального действия в моменте, без пафоса, а так смиренно, как наш капитан невозмутимый, управляющий нашей лодкой.

Мне так было хорошо и тепло в душе от переживания этой красоты человека в действии, что это "хорошо" не нужно было улучшать чем-то, что меняет состояние. Я очень не люблю спиртное для себя. Оно призвано исторически менять состояние человека, на более веселое, более смелое или более расслабленное – то есть, улучшать или скрашивать то что есть.

Многих закрытых оно открывает, напряженных- расслабляет, тяжелые становится - легче, трусливые становятся - смелыми, скрытные - откровенными, черствых делает - сентиментальными, грустных - веселыми. Я и без того слыву «девушкой легкие наркотики» от того, что мне расслабленно-весело и легко без подручных средств. Алкоголь утяжеляет меня делая заторможенной и вязкой, и чтобы оставаться на своих скоростях мне приходится прилагать усилия. Потом это ужасное для меня послевкусие: еще долго-долго я ощущаю его в крови, как инородные неприятные иглы и чувствую, как утяжелённая кровь движется по сосудам. Нет, я хочу высоких скоростей и мою естественную юморную ясность и бдительную реализацию – меня не надо улучшать «хлопці не наливайте мені більшь, бо я вже така як вам потрібно”. Так что как говорят «что русскому хорошо - немцу смерть» так и мне от спиртного тяжело, когда другим легче.

Зато наш гость, Капитан порта очень сильно открылся благодаря той же текиле. Он признался, что очень переживал за нас и говорил, что мы вернулись на два часа позже, чем нас ждали с учетом бури, и уже решался вопрос, посылать ли за нами береговую охрану. Он рад что мы вернулись, ведь лодка, на которой мы плыли не предназначена для таких штормов.

Дальше он сентиментально рассказывал, как патриотично счастлив, что родится в Мексике. Как увлечен индейской культурой и обычаями, что учебники истории неправы и хронология исторических событий нарушена и «они» замалчивают самые интересные факты… в этом месте были подробности. Капитан так искренне удивлялся, что индейские шаманы могут вылечить без таблеток, и тут я вспоминала, что читала, что да, действительно - Мексика сильно американизирована и фармакология здесь после наркотиков самый прибыльный бизнес.

Оскар «сделал стойку» как только капитан заговорил о малоизвестных затонувших галеонах. Оскар нам рассказывал, что четыре года не мог раскрутить капитана на конкретику в этом вопросе. Как только речь заходила о назначении времени поездки к затонувшим галлонам, капитан съезжал с темы. 

 

Джин так профессионально раскручивал капитана, при этом успевая переводить всю беседу мне, что мы с Дашей ухахатывались от происходящего. Не меняя повествовательного тона, Джин пересказывая подробности индейских обычаев и обещания капитана поехать завтра в джунгли, вплетаю в рассказ капитана свои комментарии.

Не меняя своего ровного повествовательного тона, Джин переводил его планы:

- Завтра, я обязательно повезу вас познакомится с дикими племенами в глубину острова, и мы поныряем на затонувших галеонах где лежат сокровища. Далее переводчик вплетал свои версии о причине столь обильных обещаний. На словах, сказанных от имени капитана: «А это говорит во мне текила», я чуть не поперхнулась чаем. Выходило что в лице капитана с нами разговаривали двое: капитан и текила в нём попеременно. Джин переводил содержание речи капитана и ставил ему диагноз, в одном слитном повествовании.

 

Я улыбалась и удивлялась попеременно, а капитану к тому времени уже хорошо разогретому текилой, всё больше и больше нравилась наша компания и он обещал, что утром мы поедем в джунгли к рыбакам и сможем понырять в месте, куда туристов вообще не пускают. А море бушевало в сто метрах от нас и пальмы раскачивались синхронно порывам ветра. Какой «поныряем», думала я, стихия похоже беспардонно не слушает заверения капитана и увлеченно танцует свою страстную песню местным богам.  продолжение следует... 

опубликовано econet.ru

Продолжение следует...

Наслаждаясь — Наслаждай.  Часть 1Часть2. Часть 3.  Часть 4

 

Автор: Наталья Валицкая 

 

Источник: http://econet.ru/

Комментарии (Всего: 0)

Добавить комментарий

Что-то интересное

    Больше материалов
    Больше материалов
  • facebook
    Нажмите Нравится,
    чтобы читать Econet.ru в Facebook
    Спасибо, я уже с Econet.ru!