События Дом

12 правил инвестирования от Юрия Мильнера

«Он выплачивал огромные суммы по относительно низкой ставке, в основном выкупая эксклюзивный доступ к наиболее завидным компаниям в сети! Как мог какой-то аутсайдер предугадать и использовать те возможности, которые упустили лучшие инвесторы Кремниевой долины?» 

1. Он не вкладывался в предпринимателей из ближайшего окружения

Когда другие инвесторы стараются выстроить долгосрочные институты на десятилетия, господин Мильнер справляется сам по себе, имея в руках список связей, которые чаще всего раскиданы по всему миру. Большую часть его фирмы DST Global изначально составляла небольшая команда бывших банкиров из Goldman Sachs, которые в основном располагаются в Азии. Их задача заключается в том, что они проверяют финансовую благонадёжность компаний и занимаются привлечением средств. В индустрии профессиональных сетевиков он вывел сетевые организации на следующий уровень, щедро распределив структуры разных направленностей по всем уголкам мира.

2. Инвестируйте во внимание (не в прибыльность) – сегодня это самый ценный актив (деньги придут со временем)

Всемогущество социальных медиа подтверждает история не приносившего дохода Твиттера. После проведения IPO стоимость компании составила $14,4 млрд. Мильнер считает сервис «наиболее влиятельным механизмом в мире». Почему рыночная стоимость компании настолько велика? «Потому что людям свойственно влиять или пытаться оказывать влияние на других». Он работал в сфере финансов на протяжении нескольких лет, пока не наткнулся на доклад 1999 года Мэри Микер, интернет-аналитика банковского холдинга Morgan Stanley. В докладе она описала технологический бум США, а также первоначальный рост этой индустрии в Европе. Для Мильнера это было открытием: «Как такое может быть, что компания с нулевым доходом стоит $50 млрд?».

3. В отличие от большинства инвесторов, он часто отказывается от руководящих должностей в стартапах и доверяет их основателям компании

В 2009 году господин Мильнер вложил свои первые 200 миллионов долларов в Facebook, по тем временам крупную сумму для инвестора не из Кремниевой долины. Одной из причин, по которой он хотел сотрудничать с соцсетью, стало его намерение делать инвестиции на пике финансового кризиса. Обычно инвестирование амбициозных, но ещё неприбыльных технологических стартапов до IPO сводится к определённой схеме: престижный венчурный фонд получает определённые преференции при инвестировании и получает должности в управлении компании (обретает право голоса в организации). Мильнер предлагает совершенно иной, довольно сумасбродный подход — инвестировать без преференций и руководящих постов. Его деньги — как деньги от IPO (не дают никаких привилегий обычным акционерам), только без обременительных сопутствующих IPO обязательств. Не надо тратить время на выездные презентации, административные затраты за выход на рынок и чувствовать давление рынка от краткосрочных заработков.

4. Пожалуй, он самый противоречивый инвестор в Кремниевой долине. Он одновременно пользуется спросом, внушает ужас и вызывает насмешки

Его посыл кажется ясным: Мильнер инвестировал практически во все перспективные социальные медиа, начиная от Facebook до Twitter и Spotify. Он первым открыл новую финансовую философию. Многие считают успех Мильнера не только не оправданно быстрым, но также и незаслуженным. Вероятно, всё потому, что люди не понимают (Мильнер рад бы и себе объяснить), как так получилось, что бывший инвестор макаронной фабрики в Москве стал воротилой технологического бизнеса в Америке. Он говорит, что история его успеха заслуживает быть настолько же привлекательной, как и любая история Кремниевой долины. Некоторые сочтут успех Мильнера не таким уж громадным и молниеносным в общих масштабах успешности… но... всё же, (тут эти некоторые станут раздражённо увиливать от ответа), но всё же… сочтут его незаслуженным. Всё потому что он аутсайдер, который безбожно раздавал деньги стартаперам словно по старой дружбе. Он выплачивал огромные суммы по относительно низкой ставке, в основном выкупая эксклюзивный доступ к наиболее завидным компаниям в сети! Его аутсайдерство раздражало всех и вся и вынуждало забеспокоиться. Как мог какой-то аутсайдер предугадать и использовать те возможности, которые упустили лучшие инвесторы Кремниевой долины? Не послужил ли успех Мильнера тому, что все остальные стали покушаться на то, что до поры до времени считалось чисто американским — на будущее интернета и его богатства?

5. Эффект «шальных русских денег»

Что сделал Юрий Мильнер для того, чтобы вернуть Facebook его двузначные миллиарды? Марк Андрессен отметил, что Юрий впервые попал в Кремниевую долину в 2008 или 2009 году и выразил основную свою идею так: «Я вращаюсь в бизнесе и хочу инвестировать». Ведущие американские инвесторы предлагали сделки при оценке от 5 до 8 миллиардов долларов за Facebook, а Юрий сразу предложил $10 миллиардов. У Андрессена были друзья на стороне Facebook и друзья, которые делали ставки, поэтому он позвонил им и предупредил: «Вы ребята, многое теряете, Юрий ставит 10. У вас нет шансов». На что они ответили: «Безбашенные русские. Шальные деньги. Куда катится мир?».

Главным преимуществом Юрия в то время было то, что он и его команда провели очень сложный анализ. С 2000 года они наблюдали за развитием потребительских бизнес-моделей в интернете за пределами США. Они собрали данные почти по 40 странам, в их числе в Венгрии, Израиле, Чехии и Китае. В руках у них оказались все связанные с соцмедиаи eCommerce интернет-компании, которые в течение десяти лет превратились в настоящий бизнес, но совсем выпали из поля зрения инвесторов. Юрий всегда подчёркивал, что американские компании очень расслаблены, они могут положиться на венчурный капитал. А в Венгрии, где надеяться на вклады не приходится, ничего не остаётся, как делать деньги самим. Таким образом, у него была полная матрица бизнес-моделей со всего мира, после чего он перешёл на уровень получения прибыли от пользователей и на регулирование ВВП. «У него была секретная электронная таблица с данными, которой не было у вас». Шальные деньги выкупили ему неограниченный доступ к самой важной компании, сразившей интернет в этом десятилетии. Тогда же в сети началась эпоха стремительного развития интернет-компаний.

6. «Инвестиции на отношениях» как залог доверия и безопасности для учредителей

«Нужно быть ближе к учредителям компании», — считает Мильнер. Его подход парадоксален. Он не стремится возглавлять должности в стартапах, ведь учредители своё дело знают, но часто встречается с ними, чтобы помочь выстроить долгосрочные отношения. До сегодняшнего момента мало кто знал, что он отчасти посодействовал успеху WhatsApp, став одним из двух инвесторов мессенджера в мире (вторым были Sequoia Capital). Он выкупил часть доли учредителей за $125 млн долларов за несколько недель до того, как Facebook забрал себе WhatsApp за $19 млрд. Мильнер не станет открыто обсуждать сделку Facebook, но близкие к WhatsApp источники сообщают, что он заключил устное соглашение с основателем стартапа Яном Кумом в январе 2014 года. Деньги DST использовались в качестве подушки безопасности на тот случай, если Facebook отменит сделку.

7. «Для того чтобы поверить, нужно быть ближе»

Инвестирование в стартап Xiaomi со стороны выглядело невероятно рискованным предприятием. Китайских производителей «железа» было хоть отбавляй, а вся мировая прибыль от смартфонов доставалась Samsung и Apple. Идея Xiaomi заключалась в том, чтобы продавать телефоны только в интернете. Однако эту бизнес-модель уже испытал Google со своими телефонами Nexus. Она отнюдь не пользовалась популярностью. Мильнер отложил эти проблемы в сторону и был под впечатлением от методического плана Лэя Цзюня (директора Xiaomi) о «триатлоне», совместившего оборудование, программное обеспечение и интернет-сервисы в одном флаконе. «Если умеешь делать одно дело хорошо, сможешь делать и три», — сказал Лэй во время встречи. Он позже признался, что даже не ожидал, что DST вложится в них. Однако после нескольких месяцев и проверки финансового состояния, компания Мильнера продолжила вкладываться и потратила 500 миллионов долларов во множестве раундов, включая дополнительные раунды, чтобы собрать 7% акций от при последней оценке более чем в $3,2 млрд.

8. Fintech — следующий крупный шаг

Компания DST и их партнёры (Том Стаффорд, партнёр DST, отвечает за финтех и многое делает для этой индустрии) изголодались по финтеху и уже инвестировали в ряд крупных компаний: Stripe, Funding Circle, SavingGlobal, LendUp, Xapo, LendingClub, Klarna и т. д.

9. Не прячьтесь и не бойтесь своих ошибок — пусть у вас будет своя «стена славы» для упущенных возможностей

Единственный провал, в котором он признаётся, — это Uber. DST три раза выпадал шанс инвестировать в компанию, которая сейчас оценивается свыше $40 млрд, но Мильнер всякий раз отпугивало то, что основатель Трэвис Каланик не мог уладить правовые проблемы между регуляторами и городами по всему миру. «Я недооценивал Трэвиса. Это было большой моей ошибкой», — говорит он, пожимая плечами. «Я плохо спал», — говорит он, когда речь заходит о том, как DST обошла стороной инвестирование стартапа Square.

10. Мильнер — прототип нового поколения «вездесущих русских»

Разумеется, он достиг определённого статуса «глобальности». Путешествуя в одиночку, а чаще со своей женой, дочерьми и тёщей, он редко задерживается на одном континенте несколько недель подряд. Он за неделю успевал посетить все континенты, кроме Антарктики. От части его непоследовательное поведение делает его исключительной личностью, если не белой вороной в его новом доме в Лос-Альтос Хиллс. Кремниевая долина, несмотря на то что является цитаделью техномира — до безнадёжности замкнутое и довольно герметичное место. Культура иммиграции в Кремниевую долину предполагает подчинение общим тенденциям. Несмотря на все разговоры об инновациях, она сопротивляется всем, кто не становится частью её традиций. До Мильнера было сложно даже выкупить себе путь туда – у всех денег в долине, даже у тех, на которые совершались лучшие сделки, всегда имеется своего рода родословная. Даже деньги из Нью-Йорка рассматриваются как нечто подозрительное. Мильнер был одной из шести фигур в сфере технологий, которых выбрали для того, чтобы представлять лидеров на форуме G8 nations на саммите 2011 года в Довиле, Франции. Вот ярчайший пример того, насколько престижным стал его имидж и приобретённый авторитет. В интернет-коллоквиумах по G8 участвовал ряд выдающихся спикеров из технологичной элиты: Цукерберг и Эрик Шмидт (Google) из США, Хироши Микитани из Японии (директор интернет-магазина Rakuten), Морис Леви — глава агентства Publicis Groupe из Франции, и Стефани Ричард — директор France Telecom. И Мильнер. Почему Мильнер? Отчасти, потому что он так ловко расположил к себе людей из незаурядных кругов и был единственным человеком, разбиравшемся в быстрорастущей экономике. Это даёт ему уникальные перспективы. Вероятно, он из числа тех людей, которые работают на нескольких рынках одновременно без локальной инфраструктуры. Это и позволяет ему пребывать в свободном плавании — связующего звена, посредника и совершенно независимого игрока.

11. «За каждым успешным человеком стоит прекрасная женщина» (по Цукербергу)

Для Мильнера 2011 год был полон хлопот. Помимо его мультимиллиардных сделок с Китаем, он отмечал десятилетний юбилей своей свадьбы с супругой Юлией Мильнер. Они ещё не устраивали торжества по случаю бракосочетания, поэтому с большим размахом сыграли свадьбу у себя дома. «Я хотела, чтобы мы отметили её через 10 лет в тот же самый день», — заявляет его супруга по факту, отсылая к сказочной дате свадьбы 11/11/11.

12. Будьте фундаментальны и делайте то, что действительно важно

Как и многих русских мальчиков в советском союзе, Мильнера, родившегося в 1961 году, назвали в честь космонавта Юрия Гагарина, который в том году стал первым человеком, вышедшим в открытый космос. В возрасте 12 лет господин Мильнер стал интересоваться физикой, поскольку друг семьи часто наведывался в гости и рассказывал о разработке оружия. После окончания МГУ следующие пять лет он работал физиком. Однако во время работы над кандидатской он понял, чего ему не хватает, чтобы добиться успеха в этой области. «Я был недостаточно умён», — говорит он. «Если хотите заниматься физикой основательно, то нужно иметь недюжие умственные способности». «Тогда все ужасно боялись вкладываться во что-либо», — говорит он. Он же продолжал отслеживать разработки в своей старой сфере деятельности — науке. «У меня других любимых занятий не было», — признаётся инвестор. «Я ничего не коллекционировал, не увлекался спортом, разве что пару раз в неделю ходил в зал». Объединив усилия с Сергеем Брином и Марком Цукербергом, они вместе запустили ежегодную научную премию Breakthrough Prize (премию за прорыв в науке), которая предоставляла лауреатам со всего мира по 3 миллиона долларов. До этого они запустили ещё одну ежегодную наград — «Премию по фундаментальной физике». В ней победители получали по 3 миллиона долларов (объявляли победителей актёры Бенедикт Камбербэтч и Кейт Бекинсейл) за открытия и исследования в этой области. В числе прошлых победителей — учёный Эдвард Виттен и Стивен Хокинг. Инвестор считал, что внимание к науке ослабело из-за того, что «общество помешано на поп-знаменитостях». Мильнер надеется, что его действия помогут сместить фокус внимания на людей, которые работают над решением фундаментальных вопросов, например «Как появилась Вселенная?» или «Почему мы существуем?». Он также вложился в организацию «Институт глобального мозга».

У Мильнера оптимистичные прогнозы на будущее искусственного интеллекта, в отличие от Элона Маска, Билла Гейтса и Стивена Хокинга. Он думает, что компьютеры никогда не будут работать полностью автономно, без людей. Вместо этого мы все в итоге станем частью глобального симбиотического мозга, нечто среднего между компьютерами и человеком. Френсис Хейлиген, седовласый математический гений сейчас занимается построением первой в мире математической модели глобального мозга (спасибо 1,5 миллионам евро из кармана Мильнера за последние пять лет). Мильнер согласился финансировать команду Хейлигена, при условии, что им удастся создать модель для управления компьютерным прототипом глобального мозга. Почему Мильнер настолько озабочен поиском новых интернет-изобретений во что бы то ни стало? Хейлиген предполагает, что изобретение поможет прогнозировать будущее и, возможно, внесёт весомый вклад в культуру. Он вспоминает одного из его русских коллег-учёных, тяготевшего к большим теориям, которые могли объяснить сложные системы.

Для Мильнера ответ на вопрос об инвестировании прост. Просто надо встретить нужного человека, которому удаётся быть всё время везде. «Вот почему инвестирование — это дело сложное», — говорит он. «Каждый раз всё складывается немного иначе. Если бы существовала универсальная формула инвестирования, все бы давно ею пользовались». Недавно он лично профинансировал стартап по поиску сигналов от внеземных цивилизаций. Человеческий квест по обнаружению жизни на других планетах набирает под $100 млн финансирования от магната из Кремниевой долины. Для Мильнера, исследование космоса — это проект, которому он предан, родившийся из веры в то, что лучшие умы Кремниевой долины и последние достижения науки можно применить шире — в решении одного из главных вопросов человечества: «Одни ли мы во Вселенной?» Для его нового проекта инвесторы заручились поддержкой мировых гениев из области астрономии. Даже сам Стивен Хокинг отозвался о нём положительно.опубликовано econet.ru

 

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание - мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: http://econet.ru/

Комментарии (Всего: 0)

Добавить комментарий

Что-то интересное

    Больше материалов
    Больше материалов
  • facebook
    Нажмите Нравится,
    чтобы читать Econet.ru в Facebook
    Спасибо, я уже с Econet.ru!