Счастье: гордое и одинокое...

Ветер оставляет на песке желания, и уносит с каждой песчинкой потаённую мысль, обрекая её на отдельное существование посреди других источников мировых дум. Там потеряно моё счастье - оно независимое теперь. Гордое и одинокое.

Ветер оставляет на песке желания, и уносит с каждой песчинкой потаённую мысль, обрекая её на отдельное существование посреди других источников мировых дум. Там потеряно моё счастье - оно независимое теперь. Гордое и одинокое.

Без встречных глаз, и разомкнутые ладони осыпают землю тысячами крупинок, похожих на тот самый снег, который ожидаешь с нетерпением, выходя из душного помещения, из подземелья на свет. Как воздух его ждёшь. Чтобы вдохнуть. И задержать глубоко в лёгких, под солнечным сплетением. И радуешься свежести, заполняющей легкие.

А картина другая.

Сидишь на коленях перед лицом океана, подминаешь под себя мировые расчёты; и тут осуществилось всё когда-то загаданное. Мечта стала реальностью. Шаг навстречу сделан. Такой робкий и в то же самое время уверенный.

Такое вот начало из начал.

Знаешь, влюбляешься порой, вспыхиваешь чувствами, а потом наступает через некоторое время разочарование.

Тогда я уезжаю к океану, чтобы забыться.

Да, это хорошо помогает, вылечивает.

Молчание. Неужто так будет и в этот раз? Думалось мне, с океаном я на "ты" уже давно. Опять те же самые грабли, опять тот же самый производитель, опять суровая почва, заросшая репейником и колючками. Холод и мороз по коже от чёрствости и беспочвенных обид на ровном месте.

Сам ты лопух! Доносилось с облака. Кто-то сидел такой весёлый и болтал незавязанными ботинками на оголённых стопах, прикрикивая мне что- то и соединяя ладони в форму рупора, желая докричаться до немого молчания. Это длилось секунды.

Следующим был один башмак, полетевший прямиком по тыкве моей. Второй - в противоположную - уже другую сторону. И тоже достиг мишени. Пристрелялись. Каждый из нас отличный охотник и добытчик. Каждый ушёл со своим трофеем.  Тот весёлый парень в новых красных ковбойских сапогах стал прыгать дальше по облакам. Второй охотник ушёл - с убитой шкурой первого охотника.

А первый охотник так и остался сидеть на берегу - визави с океаном и башмаком наполненным чьими- то бесконечно-лучезарными мыслями, переливающимися на солнце и пропускающими через себя поток яркого пронизывающего света. Сквозь себя и через своё сердце.

Он вернулся к себе...

(с) МорскаЯ, специально для econet.ru