Дом

Что на самом деле хотела вам сказать мама и как не удавиться, все это услышав

Ох, мамонька

Мама, мамочка… Как же я люблю тебя. Какая дура я была, когда ранила тебя, как ранили тебя всю твою жизнь твои близкие

Какая дура я была, когда тебя не слушала. Но, когда я редкий день тебя слышала – мне хотелось удавиться, ведь «дурой» ты считала меня все мои 34 года. Это была твоя мне самая сильная программа, самый мощный посыл и напутствие. Но я смогла найти силы повернуть все вспять.

Что на самом деле хотела вам сказать мама и как не удавиться, все это услышав

 

Навести порядок в отношениях с самым близким человеком, который рядом с вами всю жизнь  - задача крайне сложная. Не всякий психолог поможет вам ее разобрать, а потом уже, спустя долгое время – наконец-то решить. Но я расскажу, как было у меня.

Психологическое прошлое  - это всегда темная, неоднозначная субстанция. Здесь черт ногу сломит, все хитросплетено и спутано. Зачастую, для того, чтобы разобрать современные взаимоотношения в роду, приходится открывать пыльные сундуки еще довоенного быта. А я могу вас заверить, что все эти открытия будут грустными. Если в ваших отношениях с мамой нет гармонии и терпимости, то, после анализа всего открытого вам будет жаль женщин вашего рода, жаль их доли и судьбы, их отношений с мужчинами рода, с детьми и с окружающими.

Позвольте представиться  – меня зовут Вера, мне 34 года, но в душе я 15-летняя девушка, которая всем кость в горле. Родители мои всю жизнь занимались выстраиванием собственной карьеры.

Мама преуспела – в 30 она стала начальником службы на развивающемся предприятии. И, пока ее бывшие коллеги удивленно водили носами и не понимали, «почему она?», она на практике постигала все то, что годами мусолят бездельники на местах.

Брак с моим отцом – второй в жизни мамы. С самого рождения я всегда оставалась что называется «отрезанным ломтем» и вообще не к месту. «Ой, а что же это ребенок такой не симпатичный. Вот Олюшка у нас такая красавица», - вздыхала папина мама впервые глядя на меня. Мамина мама вообще себя не сдерживала и  всегда я у нее была «Верка», во всех происках виноватая маленькая воровка. Никогда не забуду ее характерное движение в мою сторону – небрежный взмах рукой: «Да что с тебя взять, сиди уж». Жест этот она делает и по сей день, когда я, уже мужняя дама, прихожу к ней скрасить ее позднее одиночество.

Отяготила я и жизнь моей мамы – после моего рождения у нее начались постродовая депрессия. Несчастная молодая женщина все чаще находила себя рыдающей рядом со мной, поскольку она была без сил и не знала как же ей дальше быть. Уже потом, спустя годы, мама будет рассказывать мне о том, что она не любила моего отца. Что вышла замуж за него лишь для того, чтобы поправить свое пошатнувшееся после развода здоровье. Она расскажет о том, как бабка ее отговаривала от второго замужества, о том, какой поклеп наводила на еще тогда жениха – моего папу.

Но время шло. Я подросла, родители уехали на свою квартиру, как я уже рассказывала выше, начали расти по карьере. А на меня, что одному, что другому было совершенно наплевать.

Мои эссе – для тех, кому пора замуж, а не продолжение Карнеги-эпопеи. Поэтому я не буду утруждать тебя, моя читательница, причинами и следствиями родительского безразличия. Находясь в долгом поиске своей судьбы, ты, несомненно, будешь высоко ценить то счастье, которое жизнь однажды дарует тебе. И, когда появиться на свет плод стараний ваших и вашей любви, вам не нужны будут увещевания о том, как сохранить обретенное. Поэтому оставим вопросы воспитания детей другим.

Что на самом деле хотела вам сказать мама и как не удавиться, все это услышав

 

Я росла как сорняк, то были 90-е годы и в этот период многие дети именно так и росли. Другой вопрос, что меня каждый день предавали свои же. Мама всегда и везде находила причину указать мне на мою недоделанность. «Ты не сильна в этом», «ты не усидчивая», «ты не сможешь, тебе не дано», «тебя в роддоме подменили» - все это были цветочки. Настоящим ядом были отметки моей мамы по поводу моей внешности. Не красавица от природы, я всю юность занималась самоотрицанием. В себе мне не нравилось все – от макушки до кончиков пальцев на ногах. И мама мой этот настрой с жаром поддерживала. Болотная энергетика девушки, которая «не в кассу» на животном уровне подхватывалась сверстниками – меня травили в школе, я ужасно училась, мальчик, в которого я была влюблена поносил меня на каждом углу. Одноклассницы во всю обжимались со старшеклассниками по беседкам, а мне доставались только насмешки, прозвища, издевательские звонки по ночам. Но мама этого всего не видела – она работала, вкалывала, ломила. И продолжала прижимать меня к ногтю – для нее я была не той и не там.

В итоге, к институту у меня развилось самое страшное желание, которое только может появиться у молодой женщины – желание всем во всем угождать. Желание полностью копировать скрин того, какой тебя видят твои родители, друзья, редкие поклонники, работодатели. Именно это стремление ляжет в основу разрушительных отношений не с теми мужчинами, самоотреченной дружбы не с теми женщинами, прозябания не на той работе. Огромная, невосполнимая потеря жизненного времени – именно это привнесет в вашу жизнь желание угождать.

Конечно, меня обнесли алкоголизм  и наркомания – частые спутники моих ровесников. Но сейчас, по прошествии времени, я бы поспорила на тему того, что же сильнее убивает красоту и здоровье женщины. Смертельные привычки или тупое, зашуганое, глубоко загнанное желание всем и во всем быть хорошей.  «Пожалуйста, полюби меня. Я сделаю все, что ты захочешь» - это та самая дорога вникуда, родовое проклятье, гвоздь в гроб женского счастья. Однажды это желание берет вас за горло и не отпускает, вы в ловушке, вы приговорены.

Но в жизни моей все сложилось вопреки предсказаниям и уверениям мамы. К тридцати годам я была уже вполне себе успешной женщиной с высшим образованием, квартирой, машиной и хорошей работой. Видимо, пришло время и, по достижении зрелости, я стала улавливать тихие сигналы того самого психологического прошлого. Но уже не моего, а моей мамочки.

Мало-помалу выяснилось, что бабушка всю жизнь также гнобила мою маму по всем фронтам. Девочкой она всегда была виновата в пропаже яблок, в юности – в том, что ноги кривые, в молодости – в том, что стала разведенкой, поправ обложку образцовой советской семьи. Причем вопрос развода стоял жестко -  мамина мама не щадила дочь, день и ночь говорила о перспективах заноса в подоле, пятне на репутации, о том, что дочь никому больше не будет нужна. Итогом стала мамина болезнь – дистрофия.

Бабушка тоже не от хорошей жизни вела себя так с дочерью: смерти детей, измены мужа, одиночество в многодетной семье – все это было спроецировано в ее упреках, ругани и недовольстве.

Когда я стала взрослой, ситуация еще более усложнилась: мама раскрывала мне грустные подробности отношений со своей мамой, но, одновременно с этим, еще больнее пыталась ударить меня за мою буксующую личную жизнь. «Верочка, ты у нас не красавица – что уж тут говорить. И тебе надо понимать, что как-то нужно устраиваться, а очереди к тебе не стоят. Может быть, за первого, кто подвернется и стоит выйти?», - таковы были ее частые слова в беседах со мной. Со скрытыми слезами и пустой головой я выходила от нее, садилась в свою машину, ехала в свою квартиру. И самым сложным для меня была формулировка моего отношения к этому.

Конечно, были мысли ограничить общение, стать холодной и ничего не рассказывать. Но меня лично хватает не надолго, хотя я знаю многих женщин, у кого отношения с матерями таковы. И потом, все-таки нельзя отрицать основого – мама, это твой самый родной на свете человек, ее нельзя вычеркивать из жизни и нельзя желать ей плохого. Нельзя перерезать эту астральную пуповину, потому что такие действия опасны – ты обрубаешь свои истоки, ты проклинаешь себя сама. Но как же тогда защититься?

Поиск истины продолжался несколько лет. Покуда мне не пришло озарение: моя мама – попранный человек, которого всю жизнь предавали его самые близкие люди, чуть не подвели ее к смертному одру, готовы были публично распять ее за то, что она вдруг однажды перестала быть такой, какой они ее себе представляли. И ко мне она относится с поправками на свое прошлое и на то, как относились к ней. Это тоже любовь, очень сильная, бескрайняя. Но у нее патологичное выражение, причем патологию вижу лишь я, а для мамы – это все и есть безусловная материнская любовь.

Все потихоньку начало вставать на свои места. Не то чтобы мама одумалась и перестала пытаться меня уколоть – нет. Но я изменила свое отношение к ее словам, я начала смотреть на них через призму своего озарения о связи поколений.

О чем я жалею? О том, что столько лет принимала колкие слова на свой счет, угробила на обиды кучу времени и сама отрубила себе возможность осознания того, кто я есть. Могла ли я объяснить все это себе-подростку? Нет. Есть ли сегодня у меня время на то, чтобы изменить угол зрения на мнение мамы и упростить себе жизнь? Да.

Подводя итог многих букв, отмечу: важно уметь прощать близких, но полноценно это может произойти только, если вы помните кто вы есть. В случае с мамами полное прощение и приятие возможно только при стабильном понимании своей природы, своих возможностей и своих горизонтов. Только в этом случае вы сможете связать все нити далекого прошлого с вашей судьбой и уверенно сказать себе: «Нет, со мной этого уже не повториться».

P.S. Написала текст, «переночевала» с ним. И поняла – чего-то не хватает, а именно доли практики. Принятие родного человека таким, каков он есть – это ваш новый рост. Но он не будет возможным без усмирения вашего внутреннего гнева. Умники назовут его гордыней, а по мне – это нормальная реакция здоровой психики на системные унижения. Вы спросите меня «как реагировать на дальнейшие выпады?», а я отвечу – молчанием. Оправдательная позиция – ловушка покруче желания всем быть хорошей. Вы в оправдательной позиции – вы проиграли. Поэтому всегда нужно иметь на вооружении ваше право на молчание и… улыбку. Пару таких раз – и человек потеряет азарт, это закон сохранения энергии. Во всяком случае, так было у меня.

 

Автор: Вера Миронова, специально для econet.ru

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание - мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: https://econet.ru/

Комментарии (Всего: 1)
    • Thumb
      0 / 0

      Первый раз прочитала статью где взрослая дочь говорит о прощении матери. Моей единственной и любимой 31 год. Между нами разница в 18 лет. Мне страшно от того что происходит между нами.

      Ответить

    Добавить комментарий

    Представление, которое мы давно составили о человеке, закрывает нам глаза и затыкает уши Марсель Пруст
    Что-то интересное
      Больше материалов
      Больше материалов