Дом

Дофаминовая экономика

Труд превратил обезьяну в «человека мыслящего». «Человек мыслящий» создал «человека-потребителя». «Человек-потребитель» создал «человека, зависимого от потребления»... 

Чего мы на самом деле добились с этими современными технологиями? Создали ли мы что-то революционно новое или попросту ушли от сути? 

Одна из самых серьёзных новых проблем нашего общества

Дофаминовая экономика

 

Каждую минуту, каждые тридцать секунд... Обновление, политический скандал... Обновление, сплетни знаменитостей... Обновление, возмущение... Обновление, Чёрная пятница, успей-успей-успей... Лампочка загорается. Всплеск адреналина. Волнение. Скорейшее выполнение. Награда. Удовольствие. Страх и дискомфорт. Зуд. Повторение...

Ты испытывал это, и я тоже, так что нет необходимости это отрицать. Небольшая доза адреналина спешит на помощь, чтобы помочь нам найти лучшую сделку, дату, время, лучшее удовольствие.

И вот в этот самый момент мы построили дофаминовую экономику. Это вызывает глубокое привыкание, а также губительно для нас самих и для всего человеческого общества. 

Экономика дофамина, вокруг дофамина, ради дофамина. Мы вышли за рамки определения «потребители». За пределами же нас встречает безумие, которое превращает людей в зависимых наркоманов. Люди, отчаянно проверяют свои смартфоны сотни раз в день, их стеклянные глаза никогда не покидают экранов, они проводят больше времени в искусственно созданных виртуальных пространствах, чем со своими семьями, просто гоняясь за захватывающим эффектом удовлетворения. Это институциональная форма, где люди отчаянно стремятся всё выше и быстрее к воображаемому максимуму.

Дофаминовая экономика

 

 

Но хорошо ли это для нас? 

А правда, которая скрывается за всем этим, очень проста: дофамин вызывает выработку адреналина, а постоянная гонка за ним слишком сильно истощает нас и таким образом вызывает дисбаланс внутри нашего мозга. Мы должны сопротивляться призыву дать лёгкий ответ, ведь это выбор слабого, выбор зависимого, выбор наркомана. Да, и мы с тобой знаем, что все это не так просто. 

Поговорим о том, как вообще была построена эта дофаминовая экономика. Поколение маркетологов, технологов, венчурных капиталистов и предпринимателей, наукообразно, с помощью поведенческой экономики, нейробиологии, технологии и дизайна, стало рассматривать «потребителей разумных», как поле для игры. Сначала они аккуратно, лёгкими касаниями прощупывали наши слабости, потом начали щекотать их, потом, ради эксперимента, грубо на них воздействовали, а потом они обнаружили, что людей, так или иначе, можно легко провоцировать. Они невольно наткнулись на ответную реакцию организма «потребителя разумного», которая была очень похожа на реакцию организма на такой наркотик, как героин. 

Итак, теперь продавец знал, что надо вознаграждать людей, как лабораторных крыс, крошечными порциями «сладкого», будь то купоны, кликбейты, скидки, специальные предложения, призы и так далее.

 

Мы не знаем, почему это происходит — и поэтому мы не знаем, что это за огонь, с которым мы играем. Мы не осознаем, что мы играем с основами нейробиологии человека; когда мы поддаёмся призыву уведомления на наших устройствах и делаем такое простое действие, как клик, на самом деле мы запускаем что-то наподобие того, что провоцирует героиновая инъекция.

Этот дофаминергический подход к человеческому потенциалу кажется слишком линейным и примитивным, чтобы быть правдой, но оказывается, что через систематические награды, которые вызывают только один вид опыта, людей можно приучить хотеть и выполнять любые действия, гарантирующие получение небольшого вознаграждения... Вам это ничего не напоминает? Собака, лампочка, слюна... 

И в результате мы сами для себя создали порочный цикл.
Мы окружили себя миром, где от нас требуется постоянно что-то нажимать, нажимать здесь и сейчас, чтобы осознать, что мы просто существуем.

Но хочу вас удивить: мы пошли ещё дальше. Мы переросли дофаминовую зависимость к реальным вещам и стали испытывать сильную привязанность к абстрактным образам. Обратите внимание на то, сколько времени вы проводите просто за тем, что просматриваете картинки, которые, кажется, приносят расслабление и успокоение. Мы привыкаем к просмотру красивых картинок, как к регулярному приёму наркотиков. 

Что на самом деле происходит? Вы, пользователи, видите что-то невероятно блестящее, невероятно красивое, богатое, полезное. Вы получаете награду в виде адреналина за то, что просто это увидели. Вы получаете свою награду. Вы расслабляетесь... И думаете, как удивительна и гламурна может быть жизнь!

Но на самом деле сейчас произошло что-то опасное, ваши ожидания были невероятно высокими, вплоть до совершенства. Но правда в том, что даже те совершенные люди на картинках борются с отчаянием, несчастьем и тоской, как и вы.

Какого черта они тогда делятся своей жизнью? Они хотят вашего одобрения, уважения и восхищения. Таким образом, лайкая, вы как бы вводите им небольшую дозу дофамина, и чем больше лайков, тем больше доза. И они вынуждены быть каждый раз немного более совершенными, чтобы получить хотя бы тот же уровень «кайфа», а вы, в свою очередь, должны быть более депрессивными, каждый раз ставя палец вверх или сердечко. 

Что мы на самом деле создали? Такую психологию поведения можно назвать двойной детской самовлюблённой регрессией.

С одной стороны – люди, которым нужно быть обожаемыми, которым необходимо чувствовать себя любимыми огромной массой людей, хотя мы все несовершенны.

С другой стороны – люди, которые полагают, что стремление к совершенству во всём – единственный путь к идеальной жизни.

Обе стороны переживают ранние стадии детства, в которых ребёнок чувствует себя центром Вселенной, а это происходит для того, чтобы развивать чувство себя, внутреннее «Я». Этот же период раннего детства также закладывает в ребёнка осознание того, что он нужен этому миру, что он появился с определённой целью.

А дофамин разрушает это ощущение, и человек, взрослый человек, начинает чувствовать свою ненужность, никчёмность, а для того, чтобы хоть немного поверить в свои силы, ему надо заявить о себе. Как заявить? Среагировать на призыв и поставить лайк. 

Таким образом,
дофаминовая экономика регрессирует нас, как людей, в детское состояние, где мы хотим стать центром Вселенной, это лишает нас возможности и способности созревать, принимать хрупкость друг друга. Именно после осознания хрупкости человека начинается подлинное здравомыслие, здоровье, взаимосвязанные и цельные отношения с бытием, миром, самим собой. 

Поэтому неудивительно, что наше общество регрессирует с такой же безумной скоростью, с какой современные технологии создают алгоритмических наркоманов, застрявших в детских обществах, имеющих фальшивые отношения.

Конечно, я не хочу сказать, что дофаминовая экономика – единственная причина, по которой наше общество встало на путь регресса. Однако, преобразуя нас в зациклившихся на получении признания младенцев, дофаминергический подход к человеческим возможностям делает нас менее способными на реальное взрослое поведение. Мы боимся открыто обсуждать проблемы, боимся по-настоящему брать управление своей жизнью в свои руки. Дофаминергическая регрессия и поиск следующего быстрого решения оставляют нас в детской стадии, где мы пытаемся подкрепить свою несформировавшуюся идентичность одобрением своего поведения. 

Так что же нам делать?
Единственно верный путь – давать людям возможность выражать их истинное «Я». «Разве мы этого не делаем?» – спросишь ты. Нет. 

Мы, по сути, создали игру, в которой истинное самовыражение подвергается издевательствам, забвению и удушению...

Ладно, эта статья уже и так слишком длинная, поэтому я оставлю эту тему на будущее. Достаточно сказать, что именно эта зависимость является одной из самых серьёзных новых проблем нашего общества.опубликовано econet.ru. Если у вас возникли вопросы по этой теме, задайте их специалистам и читателям нашего проекта здесь. 

Автор: Umair Haque

P.S. И помните, всего лишь изменяя свое сознание - мы вместе изменяем мир! © econet

Источник: https://econet.ru/

Комментарии (Всего: 0)

    Добавить комментарий

    То несправедливое, что я делаю другому человеку, становится моей собственной судьбой. Берт Хеллингер
    Что-то интересное
    Больше материалов
    Больше материалов